(no subject)
Sep. 30th, 2004 11:27 pmна цветных пологих холмах, что тянутся вдоль всей Page Mill Road, а относятся к территории Стэнфордского университета, пасутся кони. Рыжие, черные, в яблоках, мустангово-пятнистые – всех мастей удивительно изящные создания. Склоняют сухие гордые головы, переступают тонкими породистыми ногами, обмахиваются пушистыми хвостами. Вокруг носятся цветные жеребята – длинноногие, дурацкие и веселые, как из спичек такие собранные, путаются в ногах и хвостах. Жеребята общественные, их никто не гоняет, и все воспитывают. Время от времени то один, то другой конь, устав, видимо, от медленного топтания на месте, и решив размяться, пускается вскачь – делает несколько кругов вокруг табуна, и уносится куда-то за холмы, к дальнему лесу. Жеребята завистливо смотрят ему вслед.
И где-то там же, на холмах и в предлесье, гуляют сильно расплодившиеся за последние несколько лет пумы. Летом такую пристрелили нервные полицейские, всего в паре миль оттуда, посреди городского парка Пало Альто. Ее, напуганную городским шумом и голодную, загнал на дерево толстый и безобидный увалень-лабрадор, а тут и полицейские подоспели. В город пумы заходят только от большой бескормицы, факт.
Вот прямо даже и не знаю, кого из них мне больше жалко.
И где-то там же, на холмах и в предлесье, гуляют сильно расплодившиеся за последние несколько лет пумы. Летом такую пристрелили нервные полицейские, всего в паре миль оттуда, посреди городского парка Пало Альто. Ее, напуганную городским шумом и голодную, загнал на дерево толстый и безобидный увалень-лабрадор, а тут и полицейские подоспели. В город пумы заходят только от большой бескормицы, факт.
Вот прямо даже и не знаю, кого из них мне больше жалко.